Скрывая свое замешательство, Саша усмехнулся и с веселым любопытством взглянул на собеседника:

– Слушайте, да вы, по-моему, просто вездесущи! Я сам об этом только сегодня утром узнал.

– Обычные оперативные мероприятия. – Введенский проигнорировал игривый тон Белова и, желая подчеркнуть важность своих слов, строго взглянул на него и повторил ровным и твердым голосом: – Для того чтобы вам все было предельно ясно, я повторюсь: вы должны принять предложение воров.

«Так, начинается… – подумал Саша. – Теперь, значит, Конторе нужно, чтобы я еще и оружием торговал! Ну вот уж хрен тебе, Игорек!»

– Игорь Леонидович, я ничего никому не должен, – так же ровно и твердо ответил он.

– Глупая и губительная ошибка думать так, – неодобрительно покачал головой фээсбэшник.

– Хотите мороженого? – вдруг резко переменив характер беседы, добродушно предложил Белов.

– Нет.

– Знаете, в детстве я его мало ел. Жили вдвоем с мамой, денег не хватало…

– Я сейчас заплачу, – хмыкнул чекист, присаживаясь на скамейку под раскидистой елью.

– Не надо, Игорь Леонидович! – Белов сел рядом с ним. – Еще, не дай бог, увидит кто!

– Думаете?

– Конечно! За нами, кстати, следят…

– Кто?

– Белочка.

– У вас?

– Нет, на дереве.

– Это наша сотрудница.

– Е-мое! Ну всюду вы! – смеясь, развел руками Саша. – Куда ж мне, бедному, податься?!

Настал черед Введенского менять тональность разговора. От легкой словесной пикировки он мгновенно перешел к сухому, почти официальному тону. Со стальным прищуром глядя прямо перед собой, он отчеканил:

– Вы определенно недооцениваете ситуацию, Белов. Это большая политика. В Чечне зреет крупная буза, и Контора намерена поддержать противников Джохара. Своим отказом вы противопоставляете себя государственным интересам. Вы отдаете себе отчет в возможных последствиях?

Это уже была прямая угроза. Надо было как-то разрядить обстановку, но сделать это следовало так, чтобы у фээсбэшника не осталось никаких сомнений – Белов ни за какие коврижки не станет ввязываться в это грязное дело.